Главная » Новости » Константин Семин. Иудео-христианство как американская мечта

Константин Семин. Иудео-христианство как американская мечта

1

На углу Бродвея и Кортланд стрит стоит кибитка с орущими на две стороны громкоговорителями. Каждого, кто выходит из популярного магазина “Century 21”, встречает тощий мужичонка в черном плаще и черной шляпе.

— Вы не еврей случайно? Вы уверены? Не хотели бы узнать наверняка? Давайте поговорим. Постойте!
Бесцеремонность, с которой эти ребята бросаются наперерез любому прохожему, даже для Нью-Йорка с его бесчисленными уличными торговцами и вездесущей рекламой выглядит необычно. Тетку передо мной хватают за рукав. Она стеснительно высвобождает кисть и, увернувшись, бочком уходит правее.
— I’m Arab. Allah Akbar.
Внутренне готовлюсь к чему-то жуткому. Однако реакции нет. Мой ответ лишь на мгновение озадачивает нападающего. Его глаза подернуты пеленой. Рот полуоткрыт в улыбке. Черная шляпа уже высматривает следующую цель для атаки.

Чудные бородатые люди никому не причиняют вреда. Их мистическое коммивояжерство — часть пропагандистских усилий, которые городская хасидская община предпринимает для расширения своей конгрегации. Каждый, кто живет в Нью-Йорке, рано или поздно сталкивается с этим явлением. Говорят, религиозных евреев здесь едва ли не больше, чем в самом Израиле. Бруклин или Квинс, верхний или нижний Манхэттан, Бронкс или Стейтен Айленд, везде есть особняком стоящие кварталы, населенные преимущественно евреями. Как, впрочем, и неевреями — количество синагог уравновешено сопоставимым количеством мечетей, католических или протестантских церквей. В этом смысле я не перестаю удивляться, каким плавильным котлом похваляются американцы? Котел, по-моему, переплавляет только попавших в него наших сограждан. Остальные — от албанцев до корейцев — зубами держатся за свою национальную идентичность. Для того, чтобы от всеобщей “любви” эту емкость не разорвало на части, нужно очень много антидепрессантов, ипотечных кредитов, тюрем и полицейских. Иными словами — очень много денег. Когда деньги заканчиваются, котел воспламеняется. Достаточно небольшой искры.

Такой, например, как ДТП в в бруклинском районе Краунхайтс, где в августе 1991-го кортеж лидера всемирной хасидской общины Менахема Менделя Шнеерсона сбил двух темнокожих детей. Кортеж сопровождала полицейская машина с мигалкой (честь, оказываемая в США, мягко говоря, не всем традиционным конфессиям). Водитель одного из автомобилей не справился с управлением и вылетел на тротуар. Но ярость темнокожих обитателей района вызвала даже не сама авария, а то, что — как настаивали очевидцы — прибывшие на место происшествия санитары из бригады скорой помощи Хацала (еврейская волонтерская организация) в первую очередь озаботились состоянием водителя-единоверца, а не пострадавших школьников (один из которых погиб). Продолжавшиеся несколько дней беспорядки считаются одним из самых известных в американской истории проявлений антисемитизма. Во время похоронной церемонии негритянский лидер Эл Шарптон поминал южноафриканский апартеид и торговцев алмазами с Черного континента.

Бруклин с тех пор сильно изменился. Там, где раньше находились негритянские гетто, сегодня — респектабельные районы. Аж от тоннеля Бэттэри тянется шикарный проспект Оушен Парквей — возможно, самая еврейская часть Нью-Йорка. По обе стороны дороги расположены синагоги, иешивы, специализированные больницы, солидные частные дома и дорогие апартаменты. Народ здесь тоже обитает, в основном, верующий. Дамы с колясками, старики, даже подростки на скейтбордах — все непременно в традиционном черном обмундировании. Религиозная джентрификация коснулась даже самой унылой окраины — Брайтон Бич, на которую пришлась наименее презентабельная из всех волн еврейской эмиграции — позднесоветская. На Брайтоне когда-то тоже жили негры, но даже крутые гангстеры с золотыми зубами ничего не смогли противопоставить натиску тети Сары из Одессы.

Собственно, в этом вроде бы сугубо экономическом явлении — богатые вытесняют бедных — и кроется ответ на вопрос — почему среди темнокожих в США так популярен ислам и так распространена неприязнь к евреям. В годы Холодной Войны ФБР удалось достаточно эффективно нейтрализовать, обезглавить или взять под контроль все черные движения, интерпретировавшие действительность через призму классовой борьбы. Это вообще стандартный ход, если вы помните историю. Лучшее противоядие от классового мышления — подконтрольное капиталу религиозно-националистическое мракобесие. В итоге на смену марксистам из Черных Пантер пришли сектанты Нации Ислама, возглавляемые чикагским проповедником Луисом Фарраханом. В 1991-м году Нация Ислама издала запрещенную сегодня в США книжку “Тайная история отношений между черными и евреями”. Книжка прямым текстом возлагает ответственность за работорговлю (то есть за страдания прапрадедушек каждого темнокожего мальчика) на еврейских купцов и ростовщиков, включая самого Христофора Колумба — у него тоже, по мнению авторов исследования, не всё безупречно с пятой графой. Надо признать, в книге хватает исторических фактов, опровергнуть которые будет непросто даже профессиональным борцам с антисемитизмом из американской Антидиффамационной лиги. Однако общий вывод “Тайной истории”, разумеется, направлен вовсе не против работорговли как одного из проявлений феодальных/капиталистических отношений, а против единственного народа — евреев.

Понимание “еврейского вопроса” белыми американцами — тема гораздо более сложная, но тоже крайне важная для нас, особенно если учитывать текущую международную обстановку. Начать с того, что сперва евреев (по сравнению с общим числом колонистов) в США проживало относительно немного. В основном это были выходцы из Западной Европы, искавшие за океаном экономических или религиозных свобод. В годы Гражданской Войны община поделилась примерно пополам — часть поддержала южан, часть — северян. Любопытно, что когда генерал Грант в какой-то момент приказал депортировать за ростовщичество из прифронтовой зоны (штатов Кентукки, Миссисипи и Теннесси) весь еврейский элемент, евреи организованно пожаловались Линкольну и тот Гранта одернул. В государстве, построенном на идеалах Французской революции, евреям сочувствовали — как угнетаемому монархиями меньшинству. В конце концов протестанты тоже неплохо представляли, каково это — быть меньшинством. Утверждается, что сам Д.Вашингтон усматривал символические параллели между бегством евреев из Египта из-под власти фараона и прибытием в Новый Свет первых поселенцев. Здесь совершенно не нужно стесняться слова масонство — хотя бы потому, что в самой Америке оно употребляется открыто, повсеместно и даже с гордостью. Да, Соединенные Штаты Америки созданы freemasons — масонами. И что с того? И негры, и индейцы, и ирландцы, и масоны с евреями (совсем, между прочим, не равнозначные понятия), так же как каждый из нас, состоят из крови, мышц и костей. Из молекул и атомов. Они, простите, точно так же, как и миллиарды других людей, ходят в туалет, рождаются, умирают и разлагаются в почве. Конечно, секретные общества существовали и, наверно, существуют до сих пор. Но они укомплектованы не инопланетянами, а значит — изучаемы. Я к тому, что каждое явление надо рассматривать не через свернутые трубочкой мистические протоколы каких-то там мудрецов, а опираясь на объективные, метрические величины. Вот о них и речь сейчас.

В начале 20-го века еврейская эмиграция из Старого Света в Новый приобрела такой массовый характер, что отношение к прибывающим со стороны “коренных” жителей континента изменилось. На сей раз ехали не банкиры/предприниматели/искатели приключений, а в чистом виде гастарбайтеры — претенденты на рабочие места, дополнительные рты. Кроме того, многие эмигранты – особенно уроженцы Российской Империи — везли с собой опыт забастовок и стачек (к тому времени уже надежно расстрелянных и подавленных в самих США), бациллу тред-юнионизма, а то и коммунизма. Для получения права на въезд эмигранты часто объявляли себя жертвами погромов, которые в России, в связи с бурным развитием капитализма, действительно иногда случались. Этот момент — память о погромах — следует учитывать всем, кто пытается разобраться в устремлениях современной американской элиты. Родословная многих публичных фигур в США (Виктория Нуланд, Джон Керри, Мадлен Олбрайт, Джо Либерман, Ларри Кинг) прочно связывает их с Россией или с Восточной Европой. Поэтому ненависть к России (виновата в погромах) или к СССР (отбирали собственность, высылали из страны) — это жесткая внутриполитическая константа, изменить которую невозможно никакими перезагрузками.

Однако вернемся в начало 20-го века. Сплоченность и скрытность еврейской общины делали её весьма неудобным объектом для полицейского надзора. Властям приходилось здорово нервничать, когда на первомайские демонстрации дружно выходил весь еврейский Нью-Йорк. Вот почему на несколько десятилетий в сознании американских олигархов социалистические идеи будут прочно ассоциироваться с еврейством. Нет ничего таинственного или удивительного в том, что Троцкий поправлял здоровье в Бронксе — у него там, если не ошибаюсь, до сих пор полно родственников. Антисемитизм какого-нибудь Генри Форда, его фотосессии с Гитлером, поддержка американскими бизнес-акулами нацистского режима в Германии объясняются довольно просто — вплоть до конца 1930-х американские барыги видели в этом способ сдержать перенесение “советской заразы” на американскую территорию. Тут возникает интересный парадокс. С одной стороны, эти барыги всячески приветствовали крушение монархии в России и предвкушали участие в дележе российского ресурсного наследства (именно поэтому США вооружали Японию в 1905, именно поэтому Вашингтон первым признает отречение Николая 2). То есть поддержка любых движений, “шатавших царский режим”, была для американской буржуазии делом вполне нормальным и естественным — на горизонте маячили большие деньги. С другой стороны, американским капиталистам вовсе не хотелось, чтобы революционно настроенные евреи однажды спровоцировали что-нибудь подобное в самих США. Поэтому, дождавшись крушения царизма, для нейтрализации СССР США принялись инвестировать в Гитлера. Еще раз — это не заговор сионских мудрецов. Это простая логика, иногда именуемая диалектикой.

Однако параллельно с американским правящим классом происходит очень любопытная метаморфоза. Возьмем для иллюстрации знаменитый пожар на нью-йоркской ткацкой фабрике Трайэнгл, произошедший весной 1911 года. Из-за нарушения владельцами бизнеса техники безопасности в огне тогда погибли полторы сотни ткачих — большей частью евреек из Восточной Европы. Эвакуация оказалась невозможной, женщины выпрыгивали из окон, разбивались о мостовую. В это время два хозяина фабрики — Исаак Харрис и Макс Бланк — пережидали пожар на крыше здания. Впоследствии им удастся откупиться от всех судов, уйти от любой ответственности за случившееся. Пожар считается знаковой вехой в истории американского капитализма и профсоюзного движения. Однако почти нигде не указывается, что и Бланк, и Харрис, точно так же, как и их работники, были стопроцентными евреями, точно такими же эмигрантами из Российской Империи. То бишь никакое кровное родство или общая вера не помешали Бланку и Харрису драть три шкуры со своих единоплеменников и обращаться в полицию, едва лишь те начинали требовать повышения зарплаты. Постепенно выяснилось, что по своему мировоззрению, по своим инстинктам нарождающийся класс американской еврейской олигархии ничем не отличается от американской англосаксонской олигархии. В какой-то момент они должны были ударить по рукам. Так и произошло. Вам, должно быть, известно — олигархи нередко проявляют исключительную набожность. Ничто ведь так не успокаивает совесть после очередного пожара на ткацкой фабрике, как разговор с личным проповедником/раввином, которого ты же сам и содержишь. Пожалуй, здесь следует добавить только один дополнительный штрих. Большинство прибывших в Америку рабочих — протестантского, католического или иудейского происхождения — даже выполняя самую грязную работу, были одержимы одинаковой мечтой. Каждый из них в перспективе хотел бы стать Исааком Харрисом и Максом Бланком.

Так к окончанию Второй Мировой войны формируется феномен иудео-христианства (judeo-christianity) — квазирелигиозного сознания, представляющего собой сплав двух наиболее созвучных капиталистической этике вероучений: протестантизма и иудаизма. Оба они связывают добродетель с материальным достатком, процветанием, мирским благополучием. Если очень коротко: «Господь хочет видеть тебя богатым». Иудео-христианство это и есть доминирующее в США мировоззрение сегодня, именуемое иногда “гражданской религией”. Иудео-христианство это и есть пресловутая американская мечта. Кто-то скажет — культ Золотого Тельца, и я, пожалуй, не буду с ним спорить.

Однако каким образом иудаизм, категорически отрицающий Иисуса Христа, мог состыковаться с протестантизмом — американской “государственной конфессией”, опирающимся на Евангелие? Секрет в том, что большинство протестантов-евангелистов живет ожиданием скорого и неотвратимого Конца Времен. Согласно их трактовке Священного Писания, Господь должен вот-вот явиться опять, чтобы покарать грешников. Причем местом своего второго пришествия он — убеждены евангелисты — неминуемо выберет Соединенные Штаты Америки, поскольку это — а) Град на Холме, б) Обетованная Земля, в) Новый Сион. Ни в одной другой стране мира нет такого количества географических названий, прямо или косвенно связанных с Израилем. Можете проверить меня с помощью Гуглмэпс. Что касается Страшного Суда, то, по мнению евангелистов, одними из первых под раздачу попадут как раз не верующие в Христа евреи. Их попросту испепелит небесный огонь. Самим же протестантам, если они вели аккуратную и относительно безгрешную жизнь, уготована более завидная судьба. Еще до Страшного Суда с наиболее праведными из них начнут происходить raptures — внезапные вознесения на небо. Буквально — праведники начнут растворяться в воздухе (я рассказываю об этом в фильме “Империя Добра”). В принципе, ситуация уже давно должна была заинтересовать специалистов по клинической психиатрии, но учтите — в такой сценарий искренне верят миллионы — МИЛЛИОНЫ — людей. Казалось бы, налицо проявление открытого антисемитизма. Ну куда это годится: евангелистам — царствие небесное, а евреям — огненная геенна? Однако в США это никого не беспокоит.

Главным образом потому, что протестанты, ссылаясь на Евангелие, считают ключевым условием для пришествия Спасителя воссоздание Израиля и восстановление разрушенного Третьего Храма (Храма Соломона). Как тут работает причинно-следственная связь, мне полностью разобраться не удалось. Но идея вроде бы такая: США должны во всем помогать Израилю, чтобы Храм был побыстрее реконструирован, тогда и Спаситель явится, и Страшный Суд начнется побыстрее (в котором евреи, напоминаю, сгорят). Враги Израиля = враги США. Все, что хорошо для Израиля, хорошо для США. В этом убеждены самые богатые и именитые евангелические проповедники — от Пэта Робертсона до какого-нибудь Хэла Линдси. Тут есть одна заминка. Там, где высился Храм Соломона, сейчас расположена мусульманская святыня — мечеть Аль-Акса. Поскольку стороны не настроены на поиск компромисса, понятно, что кому-то однажды придется уступить. Если учесть, что несмотря на все протесты мусульман под Аль-Аксой уже несколько лет ведется масштабная выемка грунта, можно предположить, что у государства Израиль самые серьезные архитектурные планы на самое ближайшее будущее.

Да, кстати, вам будет небезынтересно узнать, что перед 2-м пришествием, согласно этой концепции, Господь окажется вынужден испепелить еще и Россию — поскольку, та непременно захочет уничтожить Израиль раньше, чем на него обрушится небесный огонь. В общем, иудейские проповедники, почесав в затылках, не стали оспаривать такую постановку проблемы, рассудив, вероятно, что раз никакого Спасителя не было в принципе, то и евреям опасаться нечего. А если бредни белых евангелистов позволяют укрепить военно-стратегический альянс между США и Израилем, то почему бы не закрыть это глаза? В конце концов, у иудаизма есть свое видение Последних Дней, и воссоздание Третьего Храма ему совершенно не противоречит.

…Собственно, такова идеологическая основа, сплотившая две наиболее влиятельные в США религиозные группы (о мормонах поговорим как-нибудь потом). В начале 20-го века это выразилось в агрессивной поддержке США британского проекта строительства в Палестине еврейского государства. Спустя сто лет главным проводником этой доктрины является AIPAC — американо-израильский комитет по общественным связям, созданный в 1963-м году как продолжение Американского Сионистского Комитета. На протяжении многих десятилетий пунктик об отношении к Израилю является ключевым на всех президентских выборах. Интересно, что если по вопросам здравоохранения, образования, оборонных расходов или однополых браков у кандидатов могут быть разные взгляды, то никогда за всю историю США на выборах не побеждал кандидат, который выступал бы с критикой еврейского государства. Влияние AIPAC на американскую внутреннюю политику поистине колоссально. Периодически появляющиеся в сети рассуждения о том, что Вашингтон отвернулся от Тель-Авива, а Барак Хусейнович Обама не любит Нетаньяху — бред сивой кобылы. Обама это и есть Нетаньяху. И наоборот.

(Продолжение следует…)

Источник…

Уважаемые читатели! Подписывайтесь на нас в Твиттере, Вконтакте, Одноклассниках или Facebook

Просмотров:221
comments powered by HyperComments